+7(495) 908 76 84


Должны ли наследники оплачивать кредиты умершего?

Рязанова В.А. заключила со Сбербанком кредитные договоры на общую сумму 89 000 рублей. Спустя непродолжительное время Рязанова В.А. умерла.

По договору цессии Сбербанк передал права по просроченным кредитам Рязановой В.А., в объёме и на условиях, существующих к моменту перехода прав Никульшину В.И., а тот в свою очередь передал права ООО «Центр Альтернативного Финансирования».

По вышеназванным кредитным договорам были заключены договоры страхования от несчастных случаев и болезней на общую сумму 139 000 рублей. Выгодоприобретателем по договору страхования является Сбербанк. Дочери умершей обращались в страховую компанию и документами о смерти Рязановой В.А., но страховая выплата так и не была произведена. Страховая компания запросила заявление Сбербанка, т.к. именно он является выгодоприобретателем по договору.

ООО «Центр Альтернативного Финансирования» обратилось в суд с иском о взыскании задолженности по кредитным договорам к дочерям умершей. По мнению истца, дочери фактически приняли наследство, а значит должны рассчитаться по долгам умершей.

Суд первой в удовлетворении иска отказал. Суд пришёл к выводу об отсутствии оснований для взыскания задолженности по кредитным обязательствам с ответчиков, как наследников Рязановой В.А., поскольку умершая являлась застрахованным лицом.

Суд апелляционной инстанции отменил решение нижестоящего суда и удовлетворил исковые требования. Суд счел, что ответчики до смерти Рязановой В.А. проживали с ней в одном доме, от наследства не отказывались, в связи с чем являются фактическими наследниками после её смерти, поскольку их действия по отношению к наследству проявляются как к собственному имуществу.
Верховный Суд рассмотрел кассационную жалобу дочерей Рязановой В.А., отменил апелляционное определение и отправил дело на пересмотр по следующим основаниям.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследства не требуется только для приобретения выморочного имущества. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия. Наследство можно принять путем подачи наследником нотариусу заявления о принятии наследства (о выдаче свидетельства о праве на наследство), либо осуществления наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства.

Пока не доказано иное, считается что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом.

Наследник, совершивший действия, которые могут свидетельствовать о принятии наследства (например, проживание совместно с наследодателем, уплата долгов наследодателя), не для приобретения наследства, а в иных целях, вправе доказывать отсутствие у него намерения принять наследство, в том числе и по истечении срока принятия наследства (статья 1154 ГК РФ), представив нотариусу соответствующие доказательства либо обратившись в суд с заявлением об установлении факта непринятия наследства.

Судом первой инстанции вопрос о том, являются ли ответчики наследниками умершей Рязановой В.А. в связи с фактическим принятием её наследства, не выяснялся, хотя ответчики ссылались на то, что после смерти матери они наследство не принимали и во владение имуществом наследодателя не вступали. Решение суда об отказе в иске мотивировано тем, что требования истца подлежат удовлетворению за счёт страховой выплаты в связи с наступлением страхового случая – смерти Рязановой В.А.

Отменяя указанное решение, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что ответчики являются фактическими наследниками после смерти Рязановой В.А. и должны отвечать по долгам наследодателя, поскольку до смерти матери ответчики проживали с ней в одном доме. Кроме того, в качестве подтверждения факта принятия ответчиками наследства Рязановой В.А. судебная коллегия сослалась на то, что ответчики обращались в страховую компанию с сообщением о наступлении в связи со смертью Рязановой В.А. страхового случая, то есть претендовали на получение страхового возмещения, как наследники умершей матери.

Указанный вывод суда апелляционной инстанции нельзя признать основанным на нормах права, регулирующих спорные отношения, и установленных судом обстоятельствах дела.
Так, из дела видно, что по информации Президента нотариальной палаты в Реестре наследственных дел Единой информационной системы нотариата информация о наличии наследственного дела к имуществу Рязановой В.А. отсутствует.

Дочери Рязановой В.А. были зарегистрированы по месту жительства в том же доме, что и умершая, но не в другой квартире.

При таких условиях вывод суда о совместном проживании ответчиков с матерью Рязановой В.А. на момент её смерти основанным на материалах дела быть признан не может. Регистрации ответчиков и Рязановой В.А. на момент её смерти в одном доме, но в разных жилых помещениях, не может рассматриваться как достаточное доказательство совместного проживания ответчиков с наследодателем на момент смерти Рязановой В.А.

Судебная коллегия сослалась на имеющуюся у Рязановой В.А. долю в праве общей долевой собственности на земельный участок. Однако, данных о том, что ответчики совершали какие-либо действия по управлению, распоряжению и пользованию указанным имуществом, принимали меры по его сохранению, в материалах дела не имеется.

Обращение ответчиков в страховую компанию с сообщением о наступлении страхового случая в связи со смертью Рязановой В.А. не содержит в себе требования о выплате страхового возмещения именно им, как наследникам Рязановой В.А., поэтому ошибочно истолковано судом апелляционной инстанции, как доказательство факта принятия ответчиками наследства матери.

Доказательств фактического принятия ответчиками наследства после смерти Рязановой В.А., а также сведений о том, что ответчики совершили какие-либо действия, свидетельствующие о фактическом принятии ими наследства, истцом представлено не было. Судом апелляционной инстанции указанные обстоятельства не установлены.

Таким образом, суд апелляционной инстанций в нарушение положений действующего законодательства, признавая ответчиков фактическими наследниками после смерти Рязановой В.А. и возлагая на них обязанность по исполнению кредитных обязательств, факт принятия ими наследства не установил, а ограничился лишь указанием на наличие у должника двух дочерей, на их проживание в разных жилых помещениях в одном доме и отсутствие их обращения к нотариусу с заявлением об отказе от наследства.

Кроме того, судом апелляционной инстанции оставлены без внимания и правовой оценки доводы ответчиков, послужившие основанием для вынесения решения суда первой инстанции, о заключении с Рязановой В.А. договоров страхования по кредитным договорам.
Так, из дела видно и сторонами не оспаривалось, что Рязанова В.А. являлась участником Программы коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заёмщиков ОАО «Сбербанк России», с ней заключены договоры страхования от несчастных случаев и болезней одновременно с заключением кредитных договоров.

Согласно страховому полису страховым случаем признаётся, в том числе, смерть застрахованного лица в результате несчастного случая или болезни.

Так, у страховой компании возникли обязательства по выплате страховых возмещений выгодоприобретателю, по договорам страхования. Вопрос о том, кто является выгодоприобретателем по этим договорам после заключения ПАО «Сбербанк России», Никульшиным В.И. и ООО «Центр Альтернативного Финансирования» договоров переуступки прав, судом апелляционной инстанции не выяснялся.

Удовлетворяя исковые требования ООО «Центр Альтернативного Финансирования», суд апелляционной инстанции вышеприведённые обстоятельства применительно к настоящему делу не учёл, не определил их в качестве юридически значимых для правильного разрешения спора, они не вошли в предмет доказывания по делу и, соответственно, не получили правовой оценки суда, что является следствием неправильного истолкования и применения судом положений действующего законодательства к отношениям сторон.

В настоящее время дело находится в производстве апелляционного суда. Следующее заседание назначено на 11 июня.

Карточка дела